Терренкур

18 сентября 2016

Я приехала в Кисловодск в несезон и убивала тягучее санаторное время на терренкурах. Несмотря на туманы, на дорожках до Красных камней и Храма воздуха было не протолкнуться. Но быстро доставала тупая погоня за давлением 120 на 80, которое лично мне не светит, и я неспортивно разваливалась на какой-нибудь лавке посмотреть, как под горой долго и нежно целуются облака.

Было лень шевелиться, не то что разговаривать со случайными соседями по лавке - тогда я делала вид, что содержание планшета меня заботит больше всего на свете.

Между тем который день подряд за мной неотрепетированно пытался ухаживать синеглазый незнакомец с седыми висками. Он стерег мое "плюханье" и без слов клал на лавку веточки золотистых хризантем. Однажды свидетелем этого цветочного "пережитка" стала очаровательная женщина. Она неожиданно вприпрыжку вынырнула из потока терренкурщиков, с разбегу обняла моего грустного кавалера и, будто не веря собственным глазам, выдохнула:

- Как ты?

- Не стоило, - укорил ее он.

Наши свидания продолжались без динамики. Разве что сосед по лавке перебрал все оттенки хризантем, которые расцвели в ту осень в Кисловодске.

Потом у меня началась вторая половина путевки - к этому времени мне обычно уже осточертевает все, я плюю на оздоровительные "примочки", ночью сочиняю заготовки для едва зачатых очерков и считаю часы до восхитительной минуты, когда  покончу с отпуском и займусь, наконец, делом.

Чтобы окончательно не деградировать в номере без косметики, заставила себя съездить на замечательный в любое время года кисловодский рынок - купить всякую чепуху на подарки. И вот шуршу на выходе пакетами - и вдруг красавица с горы. Она еще расплачивается за букет, но уже одновременно бросается мне навстречу и отчаянно радуется:

- Это вы?!! Пожалуйста, поднимитесь к Красным камням, - просит, будто я должна выполнить последнее в ее жизни желание.

? - ошарашенно смотрю на хризантемы.

- Вам, - в спешке отмахивается от непрозучавшего вопроса, как от тысячу раз второстепенного.

И вдруг сжимается от неловкости, как от боли:

- У мужа были такие хорошие кардиограммы, пока он виделся с вами. Вы пропали, а его эта симпатия, наверное, спасала. Сегодня он уже не смог сам купить вам цветы.

Вязкими шагами мы бредем с Верой до Нарзанной галереи.

Ее муж, главный инженер одной и ростовских шахт, получил смертельный удар током во время экстренного спуска в забой с группой горняков. Когда ей сообщили о его смерти, она потеряла сознание. После тяжелого сердечного приступа долго была на грани жизни и смерти. Дочкам все это время не разрешали сказать Вере, что ее муж и их отец... ожил. В морге врачи, готовившиеся к вскрытию, распознали редкие удары сердца.

Потом они, побывавшие за чертой, молились друг о друге сквозь толщу стен больничных палат. И вернулись к своим девочкам, перечеркнув приговоры консилиумов.

- Я не могу его долго не видеть, - "извинялась" Вера. - Особенно напрягаюсь, когда он взволнован. Поэтому все бросила и приехала в Кисловодск после необычного телефонного звонка. Прямо на вашу лавочку сразу из такси и поднялась. Но это хорошее волнение. Вы ему даете столько сил.

- Мы ни разу и словом не обмолвились, - отбиваюсь, как от заурядной ревности.

И тут же усмехаюсь над собой: их недосягаемая любовь живет совсем на другом "этаже". Она от мелочных подозрений надежно защищена.

Впрочем, Вера все равно не слышит:

- Какое счастье, что я вас встретила! Так вы пойдете на Камни? Знаете, сердце, которое останавливалось, может в любую минуту остановиться снова.

... Каждый день до отъезда я поднимаюсь к целующимся облакам. Мы знакомимся, шутим, говорим о чем попало. Я даже читаю ему какие-то куски из своих недописанных новелл. Хризантемы в Кисловодске все цветут и цветут. Он ничего не знает об исповеди Веры.

Прощаемся мы легко и весело.


  • Комментарии не найдены

Оставить комментарий от имени гостя

Вложения

0 / 1000 Ограничение символов
Ваш текст должен быть в пределах 3-1000 символов